Калерия Владимировна — моя вторая учительница.

— стр.13 —

Для тех, кто будет
                                                                                                                               жить после нас.

Исаков Антон Тимофеевич

Калерия Владимировна — моя вторая учительница.

Со 2-го по 4-й класс я учился у Калерии Владимировны Никольской. Это была крупная, высокая, через чур полная уже пожилая женщин. У неё было 2 или 3 подбородка. Так много жира весело на шее спереди. Когда же Калерия Владимировна прохаживалась по классу, то раскачивалась как огромная утка. Во время разговора у неё изо рта вылетали мельчайшие брызги, долетавшие до сидящих за первыми партами. А так как я сидел во 2 классе за первой партой, то это «орошение» доставалось и мне. Не знаю замечала она это или нет, но мне от этой процедуры было как-то не по себе.

Я был очень прилежным, спокойным учеником и она часто ставила меня в пример другим, хвалила перед всем классом и, причем, почти всегда, пыталась в это время погладить меня по голове. А рука у неё была тяжелая, рыхлая, как большая теплая оладья. И когда она это делала, я невольно наклонял голову, потому что, моя худенькая шея не выдерживала этого груза.

Была у Калерии Владимировны такая манера, что ли, как это назвать, не знаю. Она в классе во время урока иногда пила чай за своим учительским столом, не замечая, что ли того, что мы, 40 голодных ртов смотрели на неё и глотали слюнки. Особенно, слюнки текли у нас тогда, когда она, смачно посасывала комочек сахару, запивала чаем из блюдца. На столе, как всегда, во время чаепития у неё стоял заварной чайник, сахарница и на маленькой тарелочке лежало несколько печенюшек или кусочки домашнего пирога с вареньем. При виде всего этого на столе учительницы, у меня, как назло, начинало болеть в животе. Я начинал корчится, поджимал бок правой рукой Калерия Владимировна не оставляла это без внимания говорила: «Иди Тонька, домой. Полежи, а завтра, если не будет болеть, придешь в школу». Мне было не удобно перед ребятами, что вот, меня отпускают, а всем им придется сидеть в классе и глотать слюнки, глядя голодными глазами на все, что нас столе. Мне кажется, что она делала это необдуманно, устраивая чаепития бесчеловечно. Ведь перед ней сидели дети в основном из бедных крестьянских семей, где не только печенки сахар, а и хлеб-то не всегда нас толе был.

Калерия Владимировна жила вместе со своей старшей сестрой Екатериной, высокой худой, очень костлявой старушкой. Она тоже когда-то была учительницей, но в то время уже не работала.

Занимали они одну комнату на двоих за стеной нашего класса. Из комнаты было два выхода: один – в учительскую, очень маленькую комнатушку, где стоял один стол и несколько стульев, а второй в коридор. Из коридора уже можно было войти в наш класс.

Обе сестры поповские дочки. Они никогда не выходили замуж и вся их жизнь с начало с родителями, а потом и без них проходила в этом доме, который в последствии, при советской власти приспособили под начальную школу.

Школа эта была очень старая деревянная. Почерневшие бревна уже стали подгнивать и было видно, что уже недолго осталось жить этому дому, как и их двум хозяйкам.

Узкий и короткий коридорчик не позволял детям побегать и поиграть, поэтому ученики, надев пальто и шапки выбегали во двор играть в снежки, кататься с ледяной горки. Никаких игр, какими можно было поиграть в коридоре, в школе не было. И вот однажды к нам в школу привезли бильярд с металлическими шарами. Я быстро научился играть и стал обыгрывать других мальчишек, даже из 4го класса. Я же тогда учился в 3 классе. Я просто бредил этой игрой, настолько она мне понравилась. Как-то Карелия Владимировна устроила соревнования по бильярду среди мальчиков нашего класса. Я выиграл у всех и занял первое место. Никто меня не наградил за это, а только учительница поздравила и сказала, что с этого дня я буду называться «Королем бильярда». Это звание она взяла из фильма, где артист Михаил Жаров играл на бильярде и имел звание «Король».

Кроме этого, она мне вменила в обязанность отвечать за сохранность бильярда.

Все шло хорошо, но однажды я недосчитался одного шара. Сейчас уже не помню, но я нашел где-то металлический шар, другой, больший по размеру, который совсем не пролазил в лузу. Тогда мы решили этим шаром разбивать кон. В ходе игры этот большой шар заменяли другим, нормальным по размеру.

К концу шел учебный год. Третий класс, как и второй я тоже заканчивал отлично. В те годы отличникам в конце учебного года давали премии. Мне дали 3 метра материала со цветочками, маме на платье. Калерия Владимировна, конечно, знала, что у моей мамы нет никакого хорошего платья и вот решила дать мне эту премию. Наверно это был самый дешевенький ситец, но когда я принес его домой и подал маме, то она прослезилась. Как же тут ей было не заплакать, если сын уже принес в дом вещь, заработанную им отличной учебой.

Признаюсь, я любил ходить в школу и хорошо учиться. Мне все давалось легко, так как я внимательно слушал учителя, прилежно выполнял домашнее задание. И только одна помеха в учебе была у меня тогда – это, хронический аппендицит, которым я болел в течении 9 лет, с 5 до 14. Но и тогда я старался учиться только на отлично.

— стр.13 —

Реклама